Закрыть и перейти на сайт ComNews.RU
Новости Редколонка Точка зрения

Чт, 23.05.2019

Полная версия сайта   

 Поиск
USD 64.42 EUR 71.84
23 мая 2019 года, Чт

Идеальный шторм

Виталий Шуб,
Александр Голышко
25.03.2019

"Несправедливость перенести сравнительно легко; что нас ранит по-настоящему - ​это справедливость" 
(Генри Луис Менкен, американский журналист, эссеист, сатирик)

По итогам 2017 года отечественный телекоммуникационный рынок вырос на 1,3 % (данные "ТМТ Консалтинг"), в то время как темпы роста глобального рынка составили 1,7 % (данные IDC). По итогам 2018 года аналитики предсказывают 1 % и 2 % роста соответственно. Если не считать в целом положительные ожидания от программы "Цифровая экономика РФ"… А если ничего не ожидать и просто посмотреть, что происходит?

Действительность и диагноз

Виталий Шуб, независимый эксперт, к. ф-м. н.

Текущее состояние дел в телемедиа РФ можно описать термином "идеальный шторм", который характеризуется одновременным сочетанием ряда негативных факторов, сходящихся на конкретном объекте.

Таких факторов немало. Среди них - ​насыщение основных секторов телемедиа-рынка (как беспроводного, так и проводного) и снижение темпов роста в них до уровня единиц процентов. Продолжающаяся девальвация рубля, с пятикратным снижением его обменного курса (с 6 до 30 рублей за доллар) в 1998 году, двукратным снижением (с 30 до 60 рублей за доллар) в 2014‑2015 годах и со снижением с 55 до 70 рублей за доллар в середине 2018 года, с неопределенным прогнозом на будущее. Продолжающееся управляемое обнищание населения России, вызванное девальвацией рубля, быстрым снижением покупательной способности, а также антисоциальной политикой государства – ​в частности, повышением пенсионного возраста и выбрасыванием людей в возрасте 55‑65 лет в серую зону безнадежной безработицы, с ожидаемым снижением средней продолжительности жизни и возвращением его до уровня 1990‑х годов (и как следствие – ​резкое падение численности, доходов и покупательной способности у возрастной категории населения "55+" и пропорциональное снижение ARPU, генерируемого этой категорией населения). Ухудшение экономической эффективности телеком-операторов в силу пропорционального увеличения САРЕХ из-за удорожания в рублях импортируемого оборудования и снижения доходной части/ARPU в долларах из-за девальвации рубля. Исчерпание частотного ресурса стандартов 2G/3G/4G в диапазоне 800‑2600 МГц и прекращение деятельности регулятора по выделению новых коммерческих частотных полос, в том числе для сетей 5G. Ужесточение санкционной политики США, с возможным частичным или полным блокированием экспорта западного hi-tech-оборудования (Cisco, Nokia, Ericsson), с возможным присоединением к санкционному режиму восточных компаний (Huawei, ZTE) - ​как в технологическом, так и в финансовом аспектах. Потенциальный раскол единого глобального телеком-рынка на западную (Nokia, Ericsson, Samsung) и восточную (те же Nokia, Ericsson, Samsung, плюс Huawei) части, возможный в силу планомерного выталкивания китайских компаний (например, ZTE и Huawei) из западной зоны, с последующим "провалом" телеком-рынка РФ в образовавшуюся "щель" между Западом и Востоком. Планомерное, под прикрытием "аутсорсинга", перекачивание ключевых технологических компетенций из компаний-операторов обратно в компании - ​производители телеком-оборудования. Планируемое в 2019‑2020 годах появление в продаже первых терминалов сотовой связи с трансиверами 5G, что приведет к моральному устареванию операторов сотовой связи 4G/LTE. Появление в 2018‑2019 годах в продаже первых телевизоров формата 8К, которое будет приурочено к началу глобального коммерческого телевещания в этом формате в 2020 году: это приведет к моральному старению телевещателей в форматах SD/HD/Full HD. Искусственное торможение создающегося в России рынка 5G, по аналогии с задержкой запуска сетей второго, третьего и четвертого поколений ранее, с планируемым переносом запуска сетей 5G на 2021‑2022 годы. Недавнее решение об откладывании запуска 5G в РФ до 2021 года на фоне форсированного запуска таких сетей уже в этом году в США, Китае и Корее – ​наглядное тому подтверждение. Отсутствие проактивной координации действий на случай ужесточения секторальных санкций и расширения их на телеком-оборудование между двумя регуляторами – ​Минцифразом РФ и Минпромторгом РФ, - ​а также иностранными производителями, локальными производителями и операторами "большой пятерки". Провал попыток создания альтернативных операторов сотовой связи/беспроводного ШПД - ​"Основа Телеком" /"Воентелеком" (LTE), "Антарес" (LTE), "Фрештел"/"Союз-Телеком"/ТТК (Mobile WiMAX/LTE TDD) в частотных диапазонах от 1800 МГц до 3800 МГц. Запуск в I квартале 2019 года национального эфирного цифрового телевещания в стандарте DVB-T2 с почти полным покрытием территории страны первым мультиплексом и половинным покрытием - ​вторым, в диапазоне 470‑862 МГц.

Александр Голышко, системный аналитик ГК "Техносерв", к. т. н.

Очевидно, что стратегия развития в "глазу тайфуна" должна быть оптимизирована в соответствии с перечисленными факторами. Зачем?

Собственно, альтернатива - ​это отставание (в отдельных местах - ​весьма стремительное), приводящее в перспективе, как и в случае с СССР, к полувековому разрыву в технологической оснащенности отрасли связи страны с окружающим миром.

По древу возможностей

Любой рациональный "план лечения" (или "следования трендам" - ​как кому нравится) должен базироваться на объективно и корректно поставленном диагнозе.

Стратегия-минимум в этом случае может подразумевать выход на траекторию умеренного роста, с CAGR около 3‑7 % при консервативном прогнозе уровня покупательной способности резидентского и корпоративного секторов, а также развития новых сетей связи и предоставляемых на их базе услуг.

Стратегия-максимум, предполагающая возвращение к более высоким темпам роста (на уровне CAGR в десятки процентов), очевидно, должна предусматривать проявление одного или нескольких ключевых факторов - ​таких, как общий экономический подъем, быстрое улучшение благосостояния населения и его покупательной способности за счет повышения среднедушевого дохода (к примеру, на недавнем экономическом форуме президент призвал увеличить в стране зарплаты), появление новых видов телемедиа-сервисов, привлекательных настолько, что это позволит операторам увеличивать тарифы либо интегрально, либо по каким-то выделенным, "горячим" категориям сервисов, резкий рост платежеспособного спроса на новые виды услуг в массовом сегменте. Возможно, продолжая медийные тренды, это будет "Дом-3" где-нибудь в Африке, ток-шоу в стиле "боев без правил" или же на экране будут просто показывать настоящую еду.

Похоже, после запуска широкополосных сетей мобильной связи 4G/LTE и масштабного развертывания инфраструктуры проводного ШПД категории 100 Мбит/с+ на основе витой пары (FTTB) и оптоволокна (FTTH), рыночная стратегия операторов связи в условиях высококонкурентной среды в РФ напоминает бег на месте. Он сводится к попыткам удержать активную абонентскую базу путем предложения все более высоких скоростей доступа и расширенных пакетов контентных услуг за те же или почти те же деньги (в рублях). Поскольку быстрого экономического роста в существующих реалиях ждать не приходится, логичнее сосредоточиться на консервативном сценарии, рассмотрев внимательно его "дерево возможностей".

Собственно говоря, чем трезвее взгляд на это "дерево возможностей", тем меньше у него обнаруживается ответвлений. По большому счету, их вообще только два - ​сохранение статус-кво или начало массового строительства инфраструктуры 5G, как на уровне сети радиодоступа, так и на уровне оптоволоконной широкополосной опорной/транспортной сети. Стоит заметить, что обещанные гигабиты для каждого абонента в сетях 5G может быть и появляются в оборудовании радиодоступа, но их еще надо туда доставить - ​через соединяющую это оборудование транспортную сеть, которую еще надо построить. Аналогичная проблема, но меньшего размера наблюдалась когда-то при строительстве сетей 4G/LTE.

Куда же без "цифры"?

Помнится, в национальной программе "Цифровая экономика РФ" в рамках построения так называемой "Индустрии 4.0" наибольший объем финансирования приходился как раз на информационную инфраструктуру (более 400 млрд рублей). И если их потратят не на транспорт 5G, то не очень понятно, какие именно сети будут строить операторы, когда им выделят соответствующие радиочастоты. Но чтобы они хоть как-то заинтересовались инфраструктурой под 5G, им надо что-то пообещать, дабы операторы заложили модернизацию инфраструктуры в свои стратегии.

Иначе говоря, надо отдавать себе отчет в том, что столь активно обсуждаемая "стратегия цифровой экономики" с Интернетом вещей и "цифровыми предприятиями" на самом деле больше фокусируется вокруг ожидаемого спектра "новых цифровых услуг и функций", а не вокруг той технической базы, без которой все ожидаемое вряд ли появится. Собственно, даже в очередном названии профильного министерства - ​Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций - ​отражается упор на сервисный и/или государственный функционал, а не на технологическую платформу, с помощью которой он реализуется.

Как известно, любая развитая технология часто воспринимается неискушенными зрителями как чудо. В данном случае - ​цифровое. Следует учитывать, что все мы, включая авторов программы "Цифровая экономика РФ", вышли из базирующейся на внедрении ИТ и автоматизации "Индустрии 3.0" (а некоторые и из "Индустрии 2.0") и до сих пор в ней находимся, хотя в грезах о цифровой экономике, возможно, не до конца это осознаем. Поэтому многие наши технологические, экономические и управленческие решения, стратегии и методики содержат наследие прошлого. И именно поэтому "Революция 4.0" должна произойти прежде всего в головах людей, которые, собственно, и должны стать революционерами, хорошо понимающими, что именно они хотят получить.

Проводной ШПД

Методом исключения можно вывести из рассмотрения вопрос о бизнесе построения широкополосных местных оптоволоконных сетей национального масштаба. В настоящее время в стране построено пять таких сетей - ​сети "сотовой тройки", "Ростелекома" и ТТК. Единственная инфраструктура национального масштаба, право прохода по которой не используется в настоящее время в полном объеме, - ​это энергосети (ЛЭП).

Виной этому стали стратегические решения, принятые в конце 1990‑х - ​начале 2000‑х годов по раздроблению единой энергосети на ряд разрозненных доменов - ​как по горизонтали, так и по вертикали. В результате такая высокозащищенная, надежная и пригодная для прокладки оптоволокна из конца в конец страны (либо в грозотросе, либо в самонесущем кабеле) инфраструктура до сих пор не задействована в полном объеме для решения государственных и коммерческих задач. Поэтому в данном бизнес-секторе возможности для роста определяются в основном перспективами вовлечения энергосетей магистрального и распределительного уровней в телекоммуникационный мейнстрим. Поскольку "энергия первична, а информация вторична", объединение энергетических и телекоммуникационных инфраструктур - ​как на уровне магистрали, так и на уровне доступа - ​может дать максимальный синергический эффект в масштабах всей национальной экономики.

Ситуация в другом направлении применения оптоволоконных сетей – ​в организации резидентского проводного ШПД - ​в настоящее время неоднозначная. С одной стороны, в стране построено много сетей проводного ШПД (ПШПД) на основе технологии FTTВ/витая пара/MetroEthernet. Их активное строительство практически остановилось, и единственная на сегодня точка развития в этом сегменте рынка - ​неорганический рост "ЭР-Телекома" за счет приобретения новых локальных операторов ПШПД из оставшейся "неконсолидированной" трети этого рынка. С другой стороны - ​сравнительно успешная "GPONизация" всея Москвы (стараниями МГТС) и всея Руси (силами "Ростелекома"). Это дало свои плоды, создав прецедент успешного покрытия страны оптоволоконными сетями FTTH/ПШПД с соответствующими скоростями абонентского доступа - ​на уровне 100 Мбит/с на домовладение и выше. Более того, такие операторы, как МГТС, начали продвижение конвергентных FMC-тарифов типа "голос+данные+видео+мобильная связь".

В связи с этим возникает вопрос о смысле продолжающихся жарких дискуссий о необходимости обеспечения недискриминационного доступа для операторов ПШПД в жилые многоквартирные дома. Действительно, коль скоро оптоволоконная инфраструктура ПШПД обеспечивает такую пропускную способность до абонента, которая достаточна для распространения сигнала IPTV в вещательном режиме и формате 8К (100‑200 Мбит/с на один видеопоток), и все операторы ПШПД не имеют никаких рыночных дифференциаторов, кроме пакета видеоканалов ассоциированного вещательного IPTV и тарифов, то зачем дырявить и уродовать жилые многоквартирные дома многочисленными трубостойками?

Не проще ли обеспечить все домовладения единой, универсальной, максимально широкополосной пассивной оптической инфраструктурой ПШПД, предоставив право прохода по ней многочисленным quad-play операторам по модели VNO? В этом случае оптические сети ПШПД становятся на один уровень с другими сетями коммунального обслуживания (типа электрических, газовых, водопроводных) и обеспечивают предоставление телемедиа-сервисов гарантированного объема и качества по минимальной цене. Перевод ПШПД в модель ЖКХ может решить на корню большое количество технических и социальных проблем, в том числе вопрос недискриминационного доступа трех, пяти или восьми (никто не знает оптимальное или максимальное количество) операторов в одни и те же многоквартирные дома, а также проблему устранения "цифрового неравенства" в сфере ПШПД. В принципе, с точки зрения логистики вообще, доставка информации по оптоволокну ничем не отличается от доставки горячей воды по трубам. Разница только в том, что оптоволокно не надо отключать каждый год для профилактики на определенное время.

Итак, в "сухом остатке" - ​сотовые сети 5G. A что с ними?

(Продолжение следует).

Мнения авторов рубрики "Точка зрения" могут не совпадать с позицией редакции ComNews.ru, не влияют на выбор и освещение новостей в других частях газеты
Точка зрения

При использовании материалов ссылка на ComNews обязательна.

Свидетельство о регистрации СМИ от 8 декабря 2006 г.
Эл № ФC 77-26395

РекламаПисьмо в редакциюО насAbout us
Новости