Редколонка / апрель 2015
Контроль инструмента контроля

Леонид Коник, главный редактор изданий группы компаний ComNews
главный редактор группы компаний ComNews
© ComNews
25.04.2015

Роскомнадзор перенес акцент в деятельности с сетей связи на Интернет и информационную сферу. Смена центра тяжести стала очевидна на расширенном заседании коллегии этого ведомства, прошедшем 20 апреля в Москве.

Руководитель Роскомнадзора Александр Жаров с трибуны мероприятия четко произнес: "Минувший год стал годом окончательного закрепления за Роскомнадзором статуса основного органа власти, обеспечивающего информационную безопасность личности, общества и государства в интернет-среде".

В начале 1990‑х годов это ведомство создавалось исключительно для контроля над операторами связи, что нашло отражение в его первых названиях: Государственная инспекция электросвязи (с сентября 1992 года) и Главгоссвязьнадзор (с ноября 1993 года). С тех пор надзор за телекоммуникационными компаниями в России был выстроен так, что муха не проскочит, да и операторов стало существенно меньше. В самом массовом сегменте рынка связи – ​фиксированного ШПД – ​к началу 2015 года в России действовали 3765 провайдеров услуг, и все они прошли авторизацию в Роскомнадзоре и ежедневно делают выгрузку сведений из реестра запрещенной информации.

Именно информация стала теперь главным полем боя для Роскомнадзора. Поле это бескрайнее, и усилий на нем придется прикладывать во много раз больше, чем в старых добрых сетях связи. Главная причина этого в том, что сети связи находятся в пределах страны, имеют физическую сущность, легко поддаются проверке и даже отключению, тогда как информация распространяется по всем сетям и не знает границ, да и крупнейшие интернет-компании действуют в трансграничном, глобальном масштабе. Социальные сети, ставшие массовым поветрием лет пять назад, оказались вовсе не симпатичными игрушками, а грозными машинами сбора информации о мировоззрении, предпочтениях, перемещениях, действиях миллиардов пользователей. Формально эти сведения не подпадают под понятие "персональные данные", работа с которыми регулируется на законодательном уровне во многих странах, но по интернет-профилю человека можно опознать так же безошибочно, как по имени и дате рождения.

"Можно изменить фамилию или даже пол, но почерк человека в Сети остается неизменным, – ​сказал на заседании коллегии Роскомнадзора помощник президента РФ Игорь Щеголев. – ​Персональные данные стали нефтью интернет-экономики и источником капитализации интернет-компаний". Игорь Щеголев также процитировал нового главу компании Deutsche Telekom Тимотеуса Хетгеса: "Интернет утратил свою невинность. Раньше он был инструментом свободы, а стал инструментом контроля. Вы теперь не потребители, вы продукт потребления".

Перекрывать противоправную информацию в Интернете – ​дело если не безнадежное, то хлопотное. Александр Жаров посетовал, что блокировку таких ресурсов затрудняют шифрованный протокол передачи данных HTTPS, прокси-серверы, анонимайзеры, а также свободное ПО Tor, позволяющее устанавливать анонимное сетевое соединение. В частности, Tor Browser – ​бесплатный браузер, обеспечивающий анонимность в Интернете за счет использования распределенной сети серверов.

Вести контроль в ситуации, когда средства предоставления услуг неподконтрольны, весьма затруднительно. Дмитрий Бирюков, председатель Комиссии по развитию информационного сообщества, СМИ и массовых коммуникаций Общественной палаты РФ, был эмоционален: "Российские поисковые системы, которые несколько лет назад обещали порвать Google, переоценили свои силы и теперь просят поддержки у государства". При этом он подчеркнул, что количество пользователей, выходящих в Интернет через мобильные устройства, уже превысило число тех, кто получает доступ в Сеть через настольный компьютер. "И мы видим, как Google буквально таранит российское информационное пространство с помощью гаджетов на операционной системе Android, на которых по умолчанию запускается поисковик Google", – ​негодует Дмитрий Бирюков.

Алексей Жафяров, начальник отдела по надзору за исполнением законодательства о межнациональных отношениях и противодействии экстремистской и террористической деятельности Генпрокуратуры, очертил еще большую территорию для работы Роскомнадзора, призвав к непрерывному мониторингу интернет-пространства. Свою идею он объяснил тем, что заблокированная на определенном ресурсе информация появляется в Сети в виде копий и "зеркал" и даже те, кто удалил противоправную информацию по требованию надзорного органа, спустя некоторое время могут вернуть ее на прежнее место.

Если вспомнить, что Роскомнадзору передана и функция государственного контроля за обработкой персональных данных (Федеральный закон "О персональных данных" вступает в силу 1 сентября 2015 года), а надзор в сфере массовых коммуникаций включен даже в его название, это ведомство стало могучим регулятором всего информационного пространства. Важно, чтобы наряду с праведной борьбой с распространением в СМИ и Интернете действительно экстремистской информации и детской порнографии, с продажей наркотиков и пропагандой самоубийств не началась борьба с инакомыслием, критикой и легальной политической оппозицией.

Журнал "Стандарт" № 4 (147), апрель 2015