Технологии и кадры - два обязательных компонента госаудита будущего

Счетная палата России за последний год существенно изменила подходы к внешнему государственному аудиту, сделав ставку на данные, рискориентированные модели и автоматизацию типовых задач. О том, как новая датацентричная платформа поможет выявлять миллиардные нарушения, почему ведомство пересмотрело кадровую политику и какие задачи ставит перед собой в этих сферах, в интервью порталу ComNews рассказал руководитель аппарата Счетной палаты Ильнар Мирсияпов.

Счетная палата сообщила, что переходит к датацентричному аудиту. Что это означает на практике?

Еще в 2024 году глава Счетной палаты поставил перед коллективом ряд задач по повышению наших цифровых компетенций, в том числе более широкому применению инструментов работы с большими данными и искусственным интеллектом. Мы кардинально перестраиваем весь процесс аудита - от мониторинга рисков и планирования мероприятия до подтверждения экономического эффекта. В Счетной палате создается единое цифровое пространство, которое объединит наших сотрудников, объекты аудита и контрольно-счетные органы регионов. Это будет масштабируемая платформа для хранения и управления данными. Она обеспечит полный цикл проверочных мероприятий и позволит проводить проверки дистанционно, гарантирует целостность и безопасность данных.

Инспектор больше не будет сидеть над кипой бумаг и проверять выборочно 5-10% операций. В режиме реального времени мы будем видеть все данные по объекту аудита: его отчетность, заключенные контракты, исполнение наших представлений и предписаний (как действующих, так и выполненных), упоминания в СМИ, а также данные из внешних систем - ФНС, Казначейства, Росреестра и Росфинмониторинга. Все это будет собираться в так называемое цифровое досье - профиль объекта аудита.

Далее система на основе анализа больших данных будет автоматически выявлять значимые риски объектов аудита и отраслей экономики, проблемные области и потенциальные нарушения. Для этого мы планируем использовать технологии машинного обучения и искусственного интеллекта: поиск зависимостей и корреляций, составление прогнозов, имитационное моделирование. Искать нарушения вслепую мы не будем - система сама подсветит зоны повышенного риска по принципу светофора: красный - высокая вероятность нарушений, желтый - требует внимания, зеленый - низкая вероятность нарушений.

А эти цифровые досье формируются уже сейчас? Насколько охотно ведомства делятся информацией?

Процесс идет, хотя он и непростой. Мы уже заключили соглашения более чем с 40 главными распорядителями бюджетных средств, среди которых ФНС, Федеральное казначейство, Минфин, Росфинмониторинг, Росреестр, ФОМС, СФР и другие. Определены более тысячи наборов данных для нашего приоритетного взаимодействия. Часть из них уже поступают к нам в режиме ручной сборки, а некоторые в промышленном потоке - то есть в автоматизированном режиме, без ручного сведения.

В основе нашего подхода - выстраивание партнерства. Например, в этом году Счетная палата России заключила соглашение с Росреестром. С Минпромторгом мы создали совместную рабочую группу. Да, бывает сложно, но результат того стоит: чем больше качественных данных, тем точнее будут наши риск-модели.

Какие результаты вы ожидаете от этой работы?

Мы ожидаем, что экономический эффект от подтвержденных рисков, выявленных в автоматизированном режиме, к 2028 году превысит 400 млрд рублей, а производительность труда инспекторского состава вырастет в разы. При этом более половины всех нарушений будет выявляться автоматически, в том числе за счет использования продвинутой аналитики.

А искусственный интеллект? Для вас это реальный рабочий инструмент или просто модный тренд?

Для нас это не эксперимент - это постепенная, но уверенная цифровая трансформация. Могу привести конкретные примеры.

Первый - распознавание и извлечение данных. Мы как раз активно применяем ИИ в работе с теми ведомствами, где автоматизация пока невозможна. Мы специально создали внутренний сервис экспресс-аналитики и перевода данных в машиночитаемый вид - он уже обработал 250 тысяч файлов и сэкономил инспекторам 60 тысяч часов их работы. Искусственный интеллект прекрасно извлекает информацию из актов выполненных работ, платежных поручений, требований. Он работает даже с печатными и рукописными документами, с некачественными сканами и фотографиями. Дальше данные автоматически преобразуются в таблицы для аналитики.

Второй пример: "умный поиск" по внутренним документам Счетной палаты. Это не просто поиск по ключевым словам, а диалог: можно задать вопрос на естественном языке и получить ответ с отсылкой на источник. Также применяем ИИ для анализа госконтрактов и прилагаемых к ним документов. Он легко выделяет ключевую информацию и находит признаки нарушений. Я уже не говорю о проверке орфографии - мелочь, но экономит время.

При всем этом хочу отметить, что искусственный интеллект - не замена инспектору, а его цифровой ассистент. Да, он берет на себя рутину, но весь сложный аналитический труд остается за человеком.

Счетная палата активно применяет технологии, но делает акцент на кадровом развитии. Почему?

Потому что технология без компетентного пользователя - это просто дорогое и бесполезное устройство. Мы поняли: сколько бы данных мы ни собрали, если инспектор не умеет с ними работать, не понимает риск-модели, не знает особенности работы ИИ - эффекта не будет. В связи с этим в 2025 году мы активно трансформировали модель развития человеческого капитала и продолжаем это делать.

В чем суть обновленной модели?

Во-первых, изменился портрет кандидата. Раньше ценился узкий отраслевой опыт и формальное соответствие закону о госслужбе. Теперь мы ищем широкий кругозор, владение аналитикой, готовность учиться. Отбор проходит в несколько этапов: кандидаты решают реальные профессиональные задачи и проходят оценку навыков по нашей модели компетенций. В приоритете у нас молодые профессионалы - они быстрее осваивают цифровые инструменты и становятся агентами перемен. При этом не менее важным для нас является и то, насколько конкретный человек подходит коллективу по ценностям и стилю работы.

Во-вторых, продвижение только по результату. Помимо того, что у каждого сотрудника есть индивидуальная карта целей, он ежегодно оценивается по пятиуровневой шкале. Карьерный путь не привязан к одной вакансии - возможны ротации между департаментами аудита, центрами компетенций и функциональными подразделениями. Кросс-отраслевая мобильность, как мы уже убедились, способствует более быстрому карьерному росту и более долгой работе в Счетной палате.

Кроме того, в рабочий процесс встроено обучение. Более 200 курсов размещено на нашей внутренней образовательной платформе, внедряется реверсивное наставничество - молодые учат старших различным современным навыкам, реализуется программа "Лидеры Счетной палаты" - это пул высокоэффективных сотрудников, лидеров изменений и новых технологий, резерв на руководящие позиции. Также проводится обучение в рамках комплексной программы по аудиту финансовых расследований.

Довольно насыщенная программа. Рабочее время позволяет все успеть?

Мы давно работаем в режиме высокой интенсивности, стараясь соблюдать необходимый баланс: 80% рабочего времени - на проверочные мероприятия, 20% - на обучение, наставничество, участие в улучшении процессов. Стратегическая задача - не просто привлечь умных перспективных людей, а выстроить систему, в которой каждый сотрудник понимает, как он растет, за что получает больше и что будет, если результата нет. В Счетной палате сформировалась осознанная культура "работать много, чтобы расти". При этом пиковые нагрузки компенсируются квартальными и разовыми премиями. К тому же у нас внедрен гибридный формат работы - для сотрудников, имеющих высокую оценку результативности, до трех дней в месяц доступен удаленный режим. Также мы предлагаем сотрудникам широкий набор нефинансовых преференций: медицинское обслуживание для них и членов семей, санатории, детские учреждения.

Более того, мы рассматриваем работу в Счетной палате как карьерный трамплин. Наши сотрудники - это хороший кадровый резерв для страны. Мы открыты к переходу успешных сотрудников в другие организации, они становятся "экспортом компетенций" на руководящие посты в федеральные и региональные органы власти, государственные корпорации. При этом мы рассматриваем возможность их возвращения с новым опытом, и этот опыт стоит дороже любых курсов, не говоря о том, что повторный наем снижает для нас затраты на их адаптацию.

Чего вы ждете от 2026 года и как будете оценивать, что удалось, а что нет?

У нас есть детальная дорожная карта. Совсем скоро мы ожидаем завершения работ по проекту "Датацентричность". Летом проведем пусконаладочные работы и опытную эксплуатацию единой цифровой платформы. К сентябрю она должна быть введена в эксплуатацию, а с января 2027 года мы полностью перейдем на работу в новой системе.

Для нас главный критерий успеха - конечно же, не количество написанных строк кода или количество проведенных мероприятий, а реальная экономия бюджета, возвраты, сокращение расходов и повышение доходов. По итогам работы Счетной палаты в 2025 году достигнутый экономический эффект составил 653 млрд рублей, из них более 294 млрд - это возвраты средств в бюджеты всех уровней и организаций. Это самые высокие показатели за всю историю ведомства. Для сравнения: сумма возвратов в 2025 году по сравнению со средней суммой с 2017 по 2023 год выросла в 23 раза. И это в том числе прямое следствие цифровизации основных процессов и проводимой кадровой политики. Уверен, что в 2026 году экономический эффект обновит свой рекорд.

Не менее важный критерий - удовлетворенность инспекторов. Мы хотим, чтобы они чувствовали, что технологии облегчают их работу, а не усложняют, а кадровая политика дает понятные и честные карьерные траектории. Если сотрудник скажет: "Мне стало проще и интереснее работать, я вижу свои перспективы" - значит, мы движемся верно. Цифровой аудит - не про устройства и технологии, он - про доверие, прозрачность и эффективность государственных денег. А это уже наша общая победа.