Точка зрения / июль 2018
Неглобальный интернет эпохи GPDR, отмены сетевой нейтральности и закона Яровой

Ярослав Городецкий, генеральный директор CDNvideo
Ярослав Городецкий,
генеральный директор CDNvideo
© ComNews
26.07.2018

Современный Интернет родился в тот момент, когда прекратил существование СССР и блок социалистических стран. И это - не простое совпадение. С распадом СССР установился новый мировой порядок, важной составляющей которого стала концепция глобализации. Процесс глобализации был запущен в большинстве стран мира именно в 90-е годы XX века. Именно тогда глобализация перешла из категории идей и проектов в повседневную реальность, которую стало ощущать на себе большинство жителей Земного шара.

Интернет стал одним из первых принципиально глобальных продуктов, которые удалось создать в новом, глобализированном мире. Глобальность Интернета, то есть предоставляемая им возможность получения информации и общения с жителями разных стран стала той силой, которая помогла Интернету быстро распространиться. Национальные компьютерные сети, которые до 1990-х годов существовали в некоторых странах - например, действовавшая с начала 1980-х общефранцузская компьютерная сеть Minitel, - быстро проиграли Интернету именно из-за его глобальности. 

Более того, для многих западных интеллектуалов свободный Интернет без границ, где все анонимны и потому равны, стал заменителем того идеала свободы и равенства, который они потеряли с крахом мировой социалистической системы. Свободный Интернет породил экономику программного обеспечения с открытым кодом, по своей сути - коммунистическую, где каждый участник, в соответствии со своими способностями, может вносить вклад в общее дело и пользоваться плодами трудов всех остальных участников.

Гиганты мировой ИТ-индустрии быстро осознали опасность программного обеспечения с открытым кодом и даже пытались бороться с этим явлением при помощи пропаганды. Впрочем, они продолжают это делать и сейчас, только более аккуратно - путем покупки ключевых элементов инфраструктуры экономики свободного ПО, таких как GitHub, которую недавно приобрел тот же Microsoft

Однако вернемся к нашему рассказу про историю Интернета. В первые годы своего массового распространения Интернет действительно на какое-то время стал пространством, свободным от влияния государств, где у пользователей была полная свобода: можно было высказывать абсолютно любые идеи, в том числе неполиткорректные и запрещенные в СМИ, делиться контентом, не обращая внимание на авторские права, смотреть порнографию. Кстати, именно эти возможности поспособствовали бурному росту Интернета в России в конце 1990-х годов: на рубеже веков по числу интернет-пользователей Россия обгоняла все страны Евросоюза вместе взятые.

В те годы государства не слишком стремились регулировать Интернет. В 1999 году, будучи премьер-министром России, Владимир Путин впервые встретился с интернет-общественностью и сказал, что правительство не будет искать баланс между регулированием и свободой, так как выбор всегда будет делаться в пользу свободы. Примерно того же принципа придерживались и в США, и в европейских странах. Более того, в 2003 году в США появилась концепция "сетевого нейтралитета", которая предписывала интернет-провайдерам не приоритизировать доставку разных видов контента (она явилась продолжением известного еще с XIX века правила работы телеграфа, в соответствии с которым нельзя менять очередность доставки телеграмм в зависимости от адресата и содержания). По пути жесткого регулирования Интернета пошел лишь Китай, который в 1998 году начал строительство "Великого китайского файерволла", чтобы ограничить доступ китайских граждан к порнографии и другой нежелательной информации.

Шли годы, число пользователей Интернета росло, и начали появляться влиятельные силы, которые стремились ограничить свободу распространения информации в Интернете. На Западе ограничения на доступ к интернет-контенту первыми стали лоббировать правообладатели премиального музыкального контента, которые были недовольны распространением пиратства в Интернете. Их самой известной победой стало закрытие в 2007 году базировавшегося в Росcии сайта AllofMP3.com, на которое российское правительство пошло в обмен на согласие США на вступление России в ВТО (на момент закрытия сайт по популярности уступал лишь Apple iTunes и был примерно в пять раз дешевле для пользователей).

В 2000-х годах правительствам стран удавалось договариваться между собой и выстраивать единые правила игры, в том числе в Интернете. Но маятник глобализации качнулся в обратном направлении. Человечество, похоже, больше не хочет жить в одной глобальной деревне. Выделилось несколько блоков стран, которые отгораживаются друг от друга таможенными барьерами, запретительными пошлинами и санкциями. Мир стал многополярным, и каждый из его "полюсов" теперь принимает собственные законы, регулирующие Интернет в рамках своих границ, не учитывая при этом наличие Интернета за их пределами. Так что единый глобальный Интернет может скоро стать жертвой деглобализации.

Исчезновение глобального Интернета и замыкание его в национальных границах - отнюдь не фигура речи и не апокалиптическое предсказание, а наиболее вероятное следствие уже принятых и вступивших в силу законов крупнейших стран. Так, в 2017 году США в угоду своему телекоммуникационному лобби отменили сетевую нейтральность. Теперь американские провайдеры смогут конкурировать между собой не только качеством, но и наличием контента, скупая его производителей (так, Comcast уже купил NBC и стремится приобрести Fox, Verizon купил Yahoo). В результате через несколько лет американский Интернет может вообще перестать существовать, распавшись на три-четыре сегмента по числу крупных операторов. Если так пойдет дальше, то может случиться, что американцы, подключенные к разным операторам, не смогут банально обмениваться видео друг с другом, и все из-за возведенного в абсолют принципа свободной конкуренции на рынке.

В Европе регуляторы впали в другую крайность: они приняли регламент работы с персональными данными (GDPR), который возводит в абсолют право человека на контроль своих персональных данных, в том числе на те следы, которые он оставляет в Сети. Такой подход серьезно замедляет развитие Интернета, ведь сейчас основной тренд в Интернете - персонализация. Вне нового европейского закона, вступившего в мае 2018 года в силу, фактически поставлено такое перспективное направление, как Big Data, на котором уже зарабатываются миллиарды. Причем закон носит экстерриториальный характер: ему должны соответствовать все компании, так или иначе работающие с данными европейских пользователей, то есть фактически вообще все компании, имеющие сайт, - ведь любой европейский пользователь может зарегистрироваться на сайте неевропейской компании (даже РЖД уже написало на своем сайте о соответствии GDPR). 

Россия тоже не осталась в стороне от процесса усиления регулирования в Интернете и приняла закон Яровой, вступивший в силу в июле 2018 года. Закон возводит в абсолют контроль над пользователями в Сети и предписывает операторам связи записывать и хранить практически все их действия. Если худшие опасения относительно применения этого закона сбудутся, результатами его принятия станут рост цен на доступ в Интернет в России и потеря интереса контент-провайдеров к размещению своих серверов в России для обслуживания зарубежных пользователей (например, стран СНГ и ЕС).

Отмена сетевой нейтральности, GDPR, закон Яровой - все эти законы бьют по интернет-компаниям, как крупным, так и мелким, и в целом замедляют развитие интернет-технологий. Логику европейцев еще можно понять, ведь своих интернет-гигантов у них нет, к тому же они напуганы разоблачениями Сноудена и хотят защитить своих граждан от слежки через Интернет со стороны чужих спецслужб. В США же и в России есть крупные интернет-компании, и принятие законов, ограничивающих развитие Интернета, объяснить сложно. Это выглядит как сознательное замедление своего развития: представьте, что 100 лет назад производители телег в отдельно взятой стране объединились и пролоббировали запрет на продажу автомобилей. Вряд ли такая страна сейчас обладала бы высокоразвитой автомобильной промышленностью.

России с ее высокоразвитой интернет-отраслью очень важно не попасться в ловушку дальнейшего усиления регулирования этой отрасли. Российские интернет-компании и так проявляют чудеса, умудряясь содержать миллионы высококвалифицированных программистов и инженеров при объеме рынка в 2% от мирового. Конкурентным преимуществом России является полная экосистема интернет-сервисов (свой поисковик, своя почта, свои соцсети и почти свой мессенджер), чего нет ни у одной из европейских стран. Теперь, когда США и ЕС ограничивают свои интернет-компании, у российских компаний есть шанс не только дальше успешно развиваться в России, но и потеснить западных конкурентах на развивающихся рынках Азии, Африки и Латинской Америки. Главное - не вставлять им палки в колеса у себя дома.

Мнения авторов рубрики "Точка зрения" могут не совпадать с позицией редакции ComNews.ru, не влияют на выбор и освещение новостей в других частях газеты