Процессная аналитика дала "Сберу" финансовый эффект в несколько миллиардов рублей
Заместитель председателя правления ПАО "Сбербанк" Тарас Скворцов на второй ежегодной конференции по процессной аналитике Sber Process Mining Conf 2026 рассказал, что процессная аналитика (Process Mining) в 2025 г. принесла "Сберу" 5,2 млрд руб., а за все время ее использования, с 2021 г., совокупный финансовый эффект достиг 31,8 млрд руб.
Как отметил Тарас Скворцов, "Сбер" развивает платформу процессной аналитики, чтобы улучшать клиентский опыт и сервисы. По его словам, в 2025 г. "Сбер" перешел от разовых исследований к регулярному контролю эффективности процессов, основанному на единой системе метрик, что позволяет автоматически выявлять отклонения и сразу оповещать владельцев процессов.
"В цифровой мониторинг Process Mining включены 200 ключевых процессов банка, а уже к концу 2026 г. под постоянным цифровым вниманием будут находиться более 900 процессов. Конечная цель этой работы - повысить качество и эффективность обслуживания частных и корпоративных клиентов и повысить эффективность "Сбера", - заявил Тарас Скворцов.
По его словам, текущий набор процессов включает внутренние и клиентские: дебетовые и кредитные карты, вклады, транзакционные продукты для юридических лиц и обращения клиентов; а к концу 2026 г. в систему бизнес-мониторинга войдут страховые продукты и полный спектр обращений клиентов, процессы обеспечивающих подразделений, а также кадры, финансы и ИТ.
Следующий этап, по словам Тараса Скворцова, - это переход от Process Mining к Process Intelligence на базе искусственного интеллекта. Process Intelligence - это интеллектуальный анализ процессов, который помогает лучше понимать прошлое, отслеживать настоящее и прогнозировать будущее.
По словам Тараса Скворцова, система, используя методы машинного обучения, сможет предсказывать исход процессов, которые еще не завершены, строить и проверять гипотезы - например, рассчитать эффект от автоматизации еще до ее внедрения или сравнить процесс до и после изменений.
Опыт российских компаний
Заместитель руководителя направления Т1 ИИ ИТ-холдинга Т1 Сергей Карпович рассказал корреспонденту ComNews, что Т1 перешел от Process Mining к системе непрерывного улучшения, которая постоянно мониторится с использованием ИИ-технологий. "Анализируется очень много: от процессов основной деятельности - продажи, производство, RnD - до внутренних операционных процессов: закупки, кадровое делопроизводство, ИТ-инциденты", - добавил он.
"Ключевой тренд - переход от точечного анализа к массовому регулярному мониторингу сотен процессов. Системы искусственного интеллекта подключаются для предиктивной аналитики - например, чтобы предсказать, приведет ли задержка на определенном этапе к срыву сроков или недовольству клиента, и проактивно предложить решение", - рассказал Сергей Карпович.
Исполнительный директор ООО "ЭЛМА" (ELMA) Наталия Долженкова рассказала, что в ELMA используется не классический Process Mining как отдельный класс систем, а BPM-платформа и встроенные инструменты мониторинга процессов. "Важна связка Process Mining с надежным источником данных. В этом смысле BPM-платформа является естественной основой - она обеспечивает структурированные данные исполнения процессов, что влияет на финансовый эффект", - добавила она.
Что есть финансовый эффект
Ведущий бизнес-архитектор департамента "Банки и финансы" ГК "Рексофт" Мария Мееревич объясняет, что финансовый эффект Process Mining складывается не только из экономии на внешнем консалтинге и ручной аналитике, хотя это заметная часть: платформа "Сбера" заявляет о сокращении до 10 месяцев работы консультантов на один проект цифрового аудита, что эквивалентно десяткам миллионов рублей при типичных ставках крупных консультантов.
"Основной эффект все же формируется за счет снижения операционных издержек (меньше ручных операций, ошибок, доработок), ускорения сквозных процессов (меньше времени "деньги в пути" и простоя заявок), сокращения потерь от нарушений регламентов, а также роста конверсий в продажах за счет устранения узких мест", - отметила Мария Мееревич.
Заместитель генерального директора по внедрению ГК "УльтимаТек" Юрий Крылов добавил, что эффект также в анализе времени, которое занимают шаги бизнес-процессов на основе объективной информации из информационных систем - это позволяет снизить время выполнения шагов, устранить лишние и, как следствие, ускорить бизнес-процессы в компании.
По оценкам аналитиков, оптимизация одного крупного банковского процесса с помощью Process Mining дает 100-150 млн руб. эффекта, а совокупный эффект по российским банкам за 2018-2025 г. превысил 45 млрд руб.
"В кейсе "Сбера" 5,2 млрд руб. эффекта за 2025 г. и 31,8 млрд руб. кумулятивно с 2021 г. отражают суммарный финансовый результат по набору процессов, где за счет автоматического мониторинга, раннего выявления проблем и стандартизации метрик банк сокращает количество инцидентов, ускоряет обслуживание и уменьшает долю ручных операций", - отметила Мария Мееревич.
"Как показывает опыт лидеров рынка, внедрение Process Mining может привести к снижению затрат на 10-25% и повышению эффективности процессов на 15-30% - и это уже не экономия на аналитиках, а фундаментальное улучшение операционной деятельности компании", - добавила директор по продуктам ERM и BPM ООО "НЕКСТБИ" Наталья Рудик.
В то же время, как отмечает Наталия Долженкова, Process Mining сам по себе не дает готового ответа на вопрос "Что именно нужно изменить?" - он позволяет проверить гипотезы. "Дальнейшие управленческие решения - это зона ответственности аналитиков, продуктовых или процессных команд, будь то внутренние специалисты или внешний консалтинг", - считает она.
Доступность и необходимость для среднего и малого бизнеса
Как отмечают эксперты, инструменты Process Mining и Process Intelligence уже давно доступны компаниям среднего и даже малого масштаба: на рынке есть облачные решения и подписочные модели, ориентированные на средний бизнес, которые позволяют начать с одного-двух критичных процессов без капитальных вложений в инфраструктуру.
"Технологию Process Mining в той или иной степени применяют уже 72% банков, при этом около 40% работают с ней более трех лет", - заявила Мария Мееревич.
По ее словам, вне финансового сектора такие решения используют в ретейле, логистике, телекоме и промышленности, где эффект проявляется в сокращении длительности процессов на 10-30%, снижении количества ошибок и отказов, росте NPS и соблюдении SLA.
Относительно того, необходимо ли компаниям внедрять процессную аналитику, Сергей Карпович заявил: "Вопрос уже стоит не "нужно ли", а "когда начать, чтобы не отстать". По его словам, это вопрос не моды, а выживания на рынке, поскольку конкуренция идет не только за продукт, но и за скорость и качество внутренних процессов.
По мнению Юрия Крылова, процессную аналитику есть смысл внедрять компаниям, чей основной бизнес протекает в информационных системах (банки, страховые, телеком и т.д.), при этом значительный экономический эффект компаниям производственного сектора этот инструмент вряд ли принесет.
Мария Мееревич считает, что всем идти в тотальный Process Intelligence необязательно: для небольших компаний с простыми процессами можно выбрать три-пять ключевых сквозных цепочек (продажи, доставка, биллинг, сервис) и внедрить легковесный мониторинг на готовой платформе, а не строить тяжелую data-платформу и собственные ML-модели.
Еще один аспект, связанный с процессной аналитикой, - это безопасность данных, которые система анализирует. "Если процесс связан с высокочувствительной информацией (персональные данные, финансовая отчетность, ноу-хау), использование облачных решений может привести к проблемам. В таких случаях целесообразно использовать on-premise-системы, которые обеспечивают бизнесу полный контроль над данными", - заключила Наталья Рудник.
