Редколонка / июль 2022
Поддержи разработчиков индустриального софта

Леонид
Коник

главный редактор ComNews
© ComNews
11.07.2022

В прецедентной ситуации, когда России нужно заместить сразу все зарубежные программные продукты, глава ассоциации "Отечественный софт" Наталья Касперская призывает правительство страны выдавить с рынка решения, разработанные силами компаний из разных отраслей экономики. Если этот лоббистский ход удастся, цифровая трансформация во всех отраслях замедлится, а компании недосчитаются ценных инструментов повышения эффективности.

Газета "Коммерсантъ" сообщила о письме, которое председатель правления АРПП "Отечественный софт" и президент группы компаний InfoWatch Наталья Касперская направила премьер-министру РФ Михаилу Мишустину. В этом обращении Наталья Касперская призывает ужесточить требования для включения программных решений в реестр отечественного ПО - с тем, чтобы в него не попали продукты "непрофильных" компаний, таких как Avito, "ВымпелКом", "Тинькофф", Ozon, ЦИАН, HeadHunter и др.

Ассоциацию беспокоит, что в реестре российского софта окажутся продукты компаний, "чья коммерческая деятельность и интересы лишь косвенно связаны с ИТ-отраслью". Причина для беспокойства - в антикризисных мерах поддержки ИТ-отрасли, анонсированных правительством и Минцифры в марте 2022 года. Точнее - в опасении Натальи Касперской и возглавляемой ею ассоциации, что государственных благ на всех не хватит.

На протяжении последних пяти-семи лет сотни российских компаний из всех отраслей экономики занялись разработкой программных продуктов: большинство - для внутренних нужд, но некоторые выводят такие решения и на коммерческий рынок. Причины, что банки и нефтяные компании, перевозчики и ретейлеры, металлурги и операторы связи занялись непрофильной деятельностью, - не в том, что им нечем заняться или некуда девать деньги. На всех вертикальных рынках идет цифровая трансформация (этот курс, к слову, провозгласило и правительство России). Создание уникальных программных решений, которые повышают эффективность бизнеса, расшивают проблемные участки в бизнес-процессах и позволяют дифференцироваться на фоне конкурентов, является важнейшим элементом цифровой трансформации. И осуждать корпорации за осознанную разработку ПО - все равно что судить льва, который посмел поймать антилопу, вместо того чтобы довольствоваться лежащей падалью.

Дежурный аргумент представителей софтверной индустрии против корпоративной разработки ПО в том, что, создавая цифровые решения своими силами, компании из разных отраслей недокармливают коммерческих разработчиков программных продуктов. Отчасти это правда, но станет ли кто-то укладывать своими руками кафельную плитку или делать водопровод, если на рынке есть профессионалы в этом деле и их услуги по карману? Меньше месяца назад, на одной из сессий ПМЭФ-2022, мне довелось услышать диалог основного владельца "Северстали" Алексея Мордашова и главы 1С Бориса Нуралиева. Алексей Мордашов посетовал, что в "Северстали" и "Севергрупп" повсеместно действует ERP-система SAP и полностью заменить ее на 1С не вышло из-за технического несовершенства последней. В ответ Борис Нуралиев заявил, что "всё, в принципе, работает", а крупные заказчики просто "капризничают". Нужно ли удивляться, что при таком отношении корпорации берутся за решение внутренних задач в сфере софта своими силами?

Немаловажен и финансовый аспект. Обычно корпорации поручают разработку ПО своим ИТ-"дочкам" - таким как "РЖД-Технологии", "РусГидро ИТ сервис", "Интер РАО - ИТ", "Газпром информ", "Газпромнефть - Цифровые решения", "Сибур Диджитал", "ТатИТнефть", "ММК-Информсервис", "Северсталь диджитал", "Магнит ИТ Лаб", "Тинькофф центр разработки", "Россети Цифра", "АЛРОСА Информационные технологии", "Почта Диджитал", "Авито Тех" и др. Согласно корпоративным регламентам, эти кэптивные ИТ-компании создают цифровые продукты без прибыли, и лишь у единичных корпораций такая "дочка" имеет право заложить маржу не более 3%. На коммерческом рынке заказная разработка, особенно если она учитывает особенности технологических и бизнес-процессов заказчика, предполагает норму прибыли 50% и более. Таким образом, создавая софт внутренними силами, корпорации экономят огромные средства.

Единственное, в чем можно согласиться с Натальей Касперской, - не всякой корпорации и ее ИТ-"дочке" государство обязано помогать. Многие сектора экономики, особенно после 24 февраля 2022 года, получили свои меры поддержки. К примеру, ЦБ в апреле представил пакет мер поддержки финсектора и кредитования экономики, а Минэнерго в том же месяце обозначило ключевые экономические меры поддержки для российского ТЭК. Поэтому отраслевые компании, разрабатывающие софт исключительно для внутренних нужд, не должны присасываться к мерам поддержки ИТ-отрасли. А вот те, кто выводит корпоративные разработки на открытый рынок, заслуживают всего комплекса мер поддержки. Ведь именно в промышленном (в частности, инженерном) ПО наблюдаются самые большие проблемы с импортозамещением: львиную долю такого софта корпорации закупали исключительно у зарубежных фирм. Ни один коммерческий разработчик не сможет своими силами создать продукты-заменители для индустриальных заказчиков, и каждая строка кода, написанная силами корпораций с прицелом на внешний рынок, заслуживает похвалы и поддержки.

Коммерциализацией внутренних цифровых разработок занимаются компании во многих отраслях экономики. Например, "Роснефть" вывела на рынок 10 цифровых продуктов, включая РН‑ГРИД (симулятор гидроразрыва пласта), РН-СИГМА (управление рисками бурения) и РН-КИН (управление разработкой месторождений). ГК "Росатом" продает всем желающим пакет программ суперкомпьютерного моделирования и инженерного анализа (Computer-Aided Engineering, CAE) "Логос", а также систему электронного документооборота и ресурсного планирования Multi-D Docs & Resources. "Сибур" продвигает IoT-датчики для промышленности (в том числе для взрыво- и пожароопасных производств) и платформу дополненной реальности, адаптированную под промышленную проблематику. В ближайшее время на коммерческом рынке появится десяток цифровых продуктов внутренней разработки частной энергетической компании "Т-Плюс". И даже такая небольшая фирма, как "ВсеИнструменты.ру", примеривается к продаже разработок, связанных с управлением складом и логистикой.

В мае 2022 года Минцифры выступило с идеей ограничить госкомпаниям объем внутренней разработки софта 30% их цифрового бюджета. Правда, на ПМЭФ-2022 глава этого министерства Максут Шадаев говорил уже о лимите в 30-40% от бюджета, который предполагает корпоративная стратегия цифровой трансформации (для госкомпаний ее согласует Минцифры). По логике чиновников, инсорсинговая разработка специализированного ПО укладывается в этот лимит, а общесистемные решения, на которые приходится 60-70% цифрового бюджета, госкомпании должны заказывать на коммерческом рынке. Как пояснил мне директор Центра компетенций по импортозамещению Илья Массух, цель этого регулирования - пресечь создание силами госкомпаний общесистемных решений, таких как операционные системы, средства виртуализации и проч.

Цель выглядит благой, но на практике Минцифры ничего не добьется такими процентными ограничениями. В каждую крупную государственную структуру входят сотни юрлиц, и бюджеты распределены между ними столь причудливо, что всегда найдется резерв для финансирования той или иной разработки. Разумнее было бы не вмешиваться в этот процесс: если у определенной госкомпании хватает слабоумия и отваги для разработки продукта, аналоги которому давно существуют, рынок сам все расставит по местам. Если эта разработка окажется слабой, то она быстро уйдет в небытие, зато прорывные продукты, пусть формально и не первые по счету в своем классе, найдут дорогу к сердцам и кошелькам B2B-клиентов.

При здравом размышлении оказывается, счет потенциальным потребителям многих отраслевых программных продуктов, которые вышли на открытый рынок, идет на десятки, а то и на единицы. К примеру, если индустриальный софт создала некая нефтяная компания, то предложить его она сможет 10-15 коллегам-конкурентам внутри страны (если речь идет о блоке разведки и добычи, то такая разработка может пригодиться еще угольщикам и металлургам). Аналогично и в финансовом секторе: проприетарный продукт одного банка способны применить еще несколько десятков иных кредитных учреждений. При этом для продвижения ПО на рынке любая корпорация должна заниматься несвойственными ей функциями - маркетингом, продажами, техническим консультированием и поддержкой заказчиков, а главное - постоянной доработкой продукта под все операционные системы, мобильные платформы, пакеты офисных программ, а также под многие корпоративные информационные системы, которые могут стоять у сторонних заказчиков.

В этой связи наиболее привлекательной моделью выглядит не продажа лицензий на программный продукт, а облачное решение типа SaaS или коммерциализация комплексного сервиса (в примере с нефтегазовым сектором - от разведки, бурения и добычи углеводородов до розничной продажи топлива на АЗС: эдакая "виртуальная нефтяная компания").

Все эти разработки и бизнес-модели продвигают экономику страны вперед, что в условиях санкций и ограничений в импорте цифровых технологий имеет особую значимость. Поэтому они заслуживают не меньшей помощи и поддержки со стороны государства, чем коммерческие разработчики операционных систем, антивирусных программ или бухгалтерского ПО. Пытаясь оттеснить от кормушки ИТ-льгот отраслевых разработчиков программных продуктов, Наталья Касперская и АРПП "Отечественный софт" уподобляются незадачливым железнодорожникам, которые в хлопотах о качестве вагонов готовы смириться с тем, что локомотив пойдет под откос.