Запретный сайт сладок. Сможет ли государство пойти навстречу бизнесу во второй раз

За последний год россияне все больше стали привыкать к тому, что главный инструмент борьбы с угрозами в интернете - полное отключение ресурса. Как только регуляторы заподозрили неладное, так сразу отрезали доступ. Просто, дешево и сердито. Но на минувшей неделе ИТ-отрасль публично заявила: это тупиковый путь. Есть альтернатива - точечная хирургия вместо операции на всем теле. Вопрос в том, готова ли к этому система государственного управления.

15 апреля ИТ-отрасль (в лице ассоциации "Руссофт" и АНО "Союз "Цифровой мир") публично выступила против тотальной блокировки интернет-ресурсов. Вместо этого бизнес предложил пять конкретных инициатив: точечное замедление подозрительного трафика, прозрачные белые списки социально значимых сервисов, доверенные VPN для малого и среднего бизнеса, легальный доступ аккредитованных ИТ-компаний к зарубежным сервисам и мораторий на запуск новых высоконагруженных сервисов со сбором персональных данных (онлайн-продажа алкоголя, табака и пр.).

Пожалуй, последний из пяти пунктов - это самое неожиданное предложение в условиях, когда мобильный интернет нестабилен. То есть бизнес сам предлагает притормозить цифровизацию там, где она может создать неприемлемые риски. Это уже не борьба с регулятором, а попытка вместе расставить приоритеты.

Проблема сегодняшнего подхода - его неизбирательность. Когда государство отключает целый ресурс, под удар попадает не только вредоносный контент, но и легальная инфраструктура: сайты компаний, облачные серверы, API, которые используют сотни отечественных сервисов. В результате страдают не те, кто создает угрозы, а обычные люди и бизнес.

Особенно тяжело приходится малому и среднему предпринимательству. У них нет ресурсов, чтобы мгновенно перестроить ИТ-ландшафт. Они теряют клиентов, которые десятками уходят на крупные маркетплейсы, работающие даже в условиях отключений. Парадокс: меры безопасности оборачиваются еще и перераспределением рынка в пользу гигантов.

Шоу "Где логика?"

Однако проблема тотальной блокировки не только в неизбирательности. Есть еще один абсурдный аспект - попытка бороться с VPN через мораторий на расширение международных каналов связи. Государство решило, что если запретить операторам расширять емкость, то сервисы VPN, которые, по его мнению, являются основным видом трафика, в какой-то момент прекратят работу.

Есть миллион причин, по которым нельзя ограничивать расширение каналов. Например, это означает, что существующие каналы останутся на прежнем уровне. Когда операторы сталкиваются с нехваткой пропускной способности, они начинают беспокоиться о будущем и не ждут, пока все каналы будут заполнены. При нехватке емкости в таких условиях появление нового подключения и канала для VPN становится практически невозможным.

Государство, видимо, запамятовало про сетевую нейтральность - ключевой принцип интернета, гарантирующий равный доступ ко всему трафику. Однако при росте трафика и ограниченных каналах часть информации может не передаваться по одной причине: когда пропускная емкость заполнена.

Россияне активно используют иностранные сайты и приложения, создавая большие объемы трафика. Обновления для Android и iOS также вносят значительный вклад. Если канал сузится, телефоны могут не получить обновления, а госсистемы на open source - нужные библиотеки.

Попытки блокировать международные каналы алогичны: трафик можно получить из разных стран. У России есть границы с Казахстаном, Монголией, Китаем и Японией, а также морские стыки. Ограничивать трафик только в одном направлении нелогично.

Но главный парадокс в другом. С середины апреля этого года крупнейшие российские маркетплейсы, банки и портал "Госуслуги" начали ограничивать доступ для пользователей с включенным VPN. Формально вход на сайт возможен, но карточки товаров не загружаются, а приложение выдает предупреждение: "Доступ ограничен по соображениям безопасности" или техническую ошибку.

В чем логика ограничивать внутреннее от внутреннего? Раньше, например, с Telegram ситуация была понятна: блокировался внешний ресурс, не соблюдающий российское законодательство. Но здесь - другая история. Добросовестный пользователь, включивший VPN для работы или защиты данных в публичной сети, вдруг лишается доступа к маркетплейсу или банку. Меры, задуманные как борьба с внешними угрозами, приводят к цифровой изоляции, когда доступ к привычным сервисам становится привилегией, а не нормой.

При этом многие россияне пользуются бесплатными VPN-сервисами, где почти всегда есть жесткий лимит трафика - например, 3 гигабайта в месяц. Выкачав этот лимит, пользователь остается ни с чем. И вот тут появляется забавная конспирологическая версия: государство якобы стремится, чтобы россияне не тратили ценный VPN-трафик на ресурсы, которые и так открываются без обходных средств, а сохраняли его для доступа к действительно заблокированным сайтам - вроде YouTube или зарубежного онлайн-телевидения. Звучит логично, но только если забыть, что сам этот "ценный трафик" появился из-за желания граждан сохранить хоть какую-то свободу доступа. Получается замкнутый круг: ограничения порождают применение VPN, россияне, использующие VPN, пытаются экономить на открытых ресурсах, а в итоге страдают все те же внутренние сервисы и их пользователи.

Еще не поздно взяться за ум

Конечно, разумное регулирование сложнее, чем нелогичные запреты. Оно требует, чтобы государство быстро принимало решения и доверяло бизнесу. Но если для попадания в белые списки нужно будет полгода собирать бумаги, а получение разрешения на использование VPN станет бюрократическим стрессом, то на деле ничего не поменяется. Просто вместо одного запрета мы получим другой только под новой вывеской.

Самым уязвимым пунктом уже не первый месяц остается процедура попадания в "клуб избранных". Пока непонятно, как компания, особенно небольшая, может попасть в белый список или получить доступ к доверенному VPN. Если это будет закрытый клуб, то малый и средний бизнес снова окажется в проигрыше. А вместе с ним - и вся цифровая экономика, которая держится на тысячах небольших игроков.

Первый шаг

У истории есть предыстория, о которой не стоит забывать. В ноябре 2025 года, когда правительство РФ вносило в Госдуму законопроект с поправками в Налоговый кодекс, ИТ-отрасль уже стояла на пороге потери ключевых льгот. Тогда бизнес сумел сплотиться и отстоять их. Государство пошло навстречу - льготы сохранили.

Тот эпизод стал важным прецедентом. Он показал, что диалог возможен, а голос отрасли слышат. Но тогда речь шла больше о защите аккуратно пришитого кармана - о деньгах, которые компании платят в бюджет. Сейчас - другой уровень. ИТ-отрасль предлагает не просить, а соучаствовать в выработке государственной политики в области интернет-регулирования. Это уже не оборонная реакция, а стратегическая инициатива.

Второй бой - он трудный самый

Предложения, сформулированные на минувшей неделе, - это и есть второй шаг. Более сложный. Если первый шаг был про "оставьте нам деньги", то второй - про "давайте вместе решать, как нам жить в новых условиях". Отрасль предлагает конкретные механизмы: точечное замедление, прозрачные списки, доверенные VPN. Это не критика ради критики, а конструктив.

Но вопрос остается открытым: пойдет ли государство навстречу второй раз? Готово ли оно не просто услышать, а реально встроить бизнес-логику в систему национальной безопасности? Сможет ли перейти от простых запретов к гибким механизмам? Первый шаг был сделан относительно легко - льготы явно сохранить проще, чем менять подход к блокировкам. Второй шаг - это проверка на прочность всего механизма взаимодействия между властью и технологическим сектором. Он требует не просто денег, а доверия бизнесу и готовности ему делегировать. Ответы на вопросы и определят, останется ли российская ИТ-отрасль драйвером экономики или превратится в заложника безопасности.