Точка зрения / март 2021
Цифровое развитие "Почты России"

Владимир
Месропян

руководитель офиса цифровой трансформации АО "Почта России"
© ComNews
15.03.2021

"Почта России" активно взялась за внедрение цифровых технологий. В 2020 году предприятие организовало комитет по цифровой трансформации во главе с гендиректором. В конце ноября 2020 года "Почта" привлекла свыше 7,5 млрд рублей по программе льготного кредитования Минцифры РФ, став в ней первым получателем. В интервью главному редактору ComNews Леониду Конику руководитель офиса цифровой трансформации АО "Почта России" Владимир Месропян рассказал о деталях этих кредитных соглашений и проектах, на которые будут направлены привлеченные средства, а также о других шагах по превращению "Почты" в цифровое предприятие.

Отправной точкой к нашему общению послужила новость, что в конце ноября 2020 года "Почта России" заключила со Сбером, Райффайзенбанком и Альфа-Банком три кредитных соглашения на привлечение заемных средств на общую сумму около 7,5 млрд рублей. Можно уточнить сумму и процентную ставку каждого отдельного кредита?

- Мы заключили три кредитных соглашения примерно по 2,55 млрд рублей каждое, со средней реальной ставкой 2,55%. По условиям программы субсидируется часть рыночной процентной ставки - в размере до 90% от ключевой ставки. На деле вышло, естественно, меньше 90%, но все равно условия получились очень выгодные, за что мы благодарны Минцифры России и правительству России. Заемные деньги прямо сейчас помогают нам реализовать ключевые проекты цифровой трансформации компании быстрее и эффективнее.

Попытаюсь оценить вложения государства. Понятно, что это не подарок и не субсидия, но, наверное, 10% от полученной "Почтой России" суммы - это нижняя граница того, что вкладывает бюджет, то есть 750 млн рублей - минимальная оценка реальных вложений государства в субсидированную ставку.

- Это скорее переоцененная верхняя граница, ведь мы получаем деньги по графику, определенному до 2024 года. Никто не собирался единовременно выбрать 7,6 млрд рублей. Мы получаем эти средства постепенно, и когда начинаются ежемесячные платежи, государство субсидирует разницу процентной ставки. Пока что мы привлекли по кредиту примерно 500 млн рублей. В 2021 году мы должны использовать еще по меньшей мере 1,5 млрд рублей, в следующем году - больше. Но это процесс, растянутый во времени, и поэтому государство не субсидирует соглашения в полном объеме сразу. Ваша оценка серьезно завышена, в нашем случае, думаю, эта цифра будет меньше – 5%. Возможно, еще меньше, если мы будем медленнее выбирать деньги по кредитам.

Если не секрет, почему вы выбрали три банка - один не был готов обеспечить подобную сумму? Проще же работать с одним банком, нежели с тремя - как минимум можно было оформить меньше бумаг.

- Логика есть, и она, с одной стороны, сугубо техническая, вытекающая из правил программы льготного кредитования, с другой - конкурентная и экономическая. Речь о том, что субсидируемые проекты должны быть объединены общей идеей и подходить под требования программы. Этим критериям у нас соответствовали три разных проектных кластера. По факту мы сформировали три цифровые программы. Затем по каждой программе запросили котировки у аккредитованных программой банков и выбрали партнеров, предложивших самые выгодные условия. Итого у нас получилось три банка-победителя - по одному на каждую программу.

"Почта России" первая получила подобный льготный кредит. Минцифры объявило эту программу в августе 2020 года и тогда указывало, что на подобную льготу могут претендовать как компании с госучастием, так и частные предприятия. Конечно, не вы выдавали кредит, но все-таки - не является ли это сигналом для рынка, что частному бизнесу в принципе не стоит ждать от государства помощи даже в таком виде?

- Нет. Смысл простой: импортозамещение - одно из важнейших требований программы, и среди тех, кто готовил заявки, "Почта" наиболее соответствовала всем требованиям на момент старта. Мы используем беспрецедентный объем отечественного софта и услуг российских ИТ-компаний в цифровой сфере, и поэтому нам не нужно было ничего придумывать, чтобы удовлетворить условиям программы. Мы взяли наши проекты, по большей части уже построенные на отечественных решениях, структурировали их и оказались наиболее успешными с точки зрения скорости.

Я точно знаю, что у многих компаний именно это требование вызвало большие сложности, в то время как мы органически развиваемся на российских решениях. "Почта" - крупнейший центр внедрения внутренней автоматизации учета по 1С. Многие наши системы построены на собственных разработках, созданных силами российских подрядчиков и специалистов "Почтовых технологий" - нашего филиала, который сейчас трансформировался в отдельную компанию. Так что импортозамещение стало ключевым фактором той скорости, с которой мы заключили соглашение.

Во-вторых, "Почта России" - не единственная компания, которую поддержало Министерство цифрового развития. Первая - да, но не единственная. В конце 2020 года я участвовал в стратегической сессии, посвященной развитию программы, и в ней участвовали те, кто уже после нас получили льготные кредиты. Среди них было немало частных предприятий, в том числе компании из агросектора, что лично для меня стало приятной неожиданностью. Я считаю, что мы дали толчок программе, она активно набирает обороты, и я рад, что мы первыми на практике доказали: выполнить требования возможно и механизм работает. Частные компании тоже уже пользуются этим механизмом.

По поводу финансирования важно помнить, что это все-таки заемные деньги и мы обязаны вернуть их в полном объеме и даже с процентами, пусть и льготными. Второй ключевой момент, который следует понимать, - государство не выдало нам 7,6 млрд рублей из бюджета. Это рыночные деньги, которые привлекаются через банки, а Минцифры субсидирует дельту процента относительно рыночной ставки. В этом и заключается механизм субсидирования льготной процентной ставки, который используется повсеместно - и в строительстве, и в кредитовании сельского хозяйства, фактически по всем направлениям госполитики. Заслуга Минцифры в том, что они поверили в этот инструмент в сфере ИТ, боролись за него два года, доказывали, что этот инструмент востребован и может работать, и запустили его. Такая уверенность и упорство коллег воодушевили и нас, и я рад, что мы на своем примере показали первыми, как это работает.

На какие именно проекты "Почта" потратит деньги? Они будут финансироваться только за счет кредита или в некой пропорции "свои + заемные средства"?

- Назову только ключевые. Первый проект - развитие платформы по управлению сортировочными центрами: это наша ключевая производственная инфраструктура.
Второй проект - автоматизированная система, с которой работают операционисты в наших отделениях по всей стране. С ее помощью сотрудники регистрируют отправления, выдают клиентам посылки - в общем, предоставляют все офлайн-услуги. Масштаб работы этой системы велик - она обеспечивает работу одного из самых больших клиентских фронтов в мире и самого большого в России. Именно от этой системы во многом зависит, с каким настроением клиент приходит и уходит из отделения почтовой связи. Ведь офлайн-опыт никуда не уходит, для нас он так же важен сегодня, как и цифровой - более того, мы считаем одним из своих преимуществ, что у нас есть точка физического контакта потенциально с каждым гражданином нашей страны.

Наконец третий, и, пожалуй, в стратегической перспективе ключевой проект - единая аналитическая платформа "Почты России". Мы хотим оцифровать все наши исторические данные, привести их в порядок, систематизировать и гармонизировать, а затем извлечь из этого массива информации полезные сведения и рекомендации по управлению бизнесом. Для нас это не новый проект: мы уже давно развиваем свою аналитическую платформу под названием Data Cloud и в ближайшие два-три года хотим получить на ее базе уникальные бизнес-результаты.

Кредиты покрывают около 80% затрат по проектам, хотя цифры разнятся в зависимости от проекта. Не все можно оплатить кредитными деньгами, потому что часть расходов не подходит под требования программы - например, зарплаты наших внутренних разработчиков и некоторых подрядчиков.

По поводу третьего проекта, Data Cloud. Году в 2015-м, когда тема цифровой трансформации только начала набирать обороты, многие надевали розовые очки и твердили, что главное - собирать и анализировать данные, и из этой руды обязательно что-нибудь да найдется. Но все компании, которые пошли этим путем, потерпели фиаско, а успеха добились те, кто хотя бы примерно знали, что ищут. Когда вы говорите об оцифровке всех ретроспективных данных в попытке монетизировать их, есть ли у вас понимание, какие конкретно зависимости вы будете анализировать и с какой целью? Или это игра вслепую, в надежде найти хоть что-нибудь?

- Думаю, все необоснованные амбиции относительно данных остались как раз в том периоде, который вы обозначили. Сегодня у нас нет иллюзий. В первую очередь мы систематизируем ежедневно поступающие данные, чтобы создать бизнес-дашборд, где будет собрана оперативная интегрированная информация для управления компанией. Он поможет нам принимать обоснованные решения, построенные на актуальной информации. Это задача номер один, и коллеги решают ее прямо сейчас.

Вторая цель - собирать информацию о клиентах. Даже в нашей компании есть разные мнения относительно того, как строить CRM-платформу. Но в одном мы сходимся: необходимо точно знать, сколько у нас клиентов, и через какой бы канал - физический или цифровой - человек к нам ни обращался, всю информацию о нем мы должны собирать вокруг единого профиля. А дальше уже на основе этих данных строить ценные рекомендации для бизнеса - это уже задача номер три.

Поэтому мне кажется, что у нас максимально прагматичный подход. Помимо этих трех задач есть и другие, но они, как вы верно сказали, лежат в области амбиций, и я пока о них не говорю. Я считаю, что надо сначала научиться делать простые и полезные вещи, которые в передовых компаниях уже считаются стандартом, а потом уже говорить о более продвинутых вещах и монетизации данных.

У "Почты" много направлений работы - логистика, трансгран, электронная коммерция - и по каждому из них мы накапливаем массу данных, которые влияют на бизнес прямо и косвенно. Прямой финансовый эффект - это когда мы получаем миллионы рублей от того, что правильно настраиваем свои системы и обмен данными между ними, а также автоматизируем деятельность предприятия.

Косвенный эффект, который сложнее замерить, заключается в том, что платформа хранения и обработки данных помогает аналитикам из всех наших бизнес-подразделений быстрее проверять гипотезы и получать ответы на вопросы. А имея хорошую фабрику работы с данными, нам проще улучшать клиентский сервис, принимать правильные решения и в конечном счете зарабатывать больше.

Около трех лет назад Фонд развития промышленности начал давать предприятиям суперльготные кредиты под 1% на цифровую трансформацию, но выяснилось, что под это понятие попадала даже просто покупка компьютеров. Разделяете ли вы проекты в сфере компьютеризации, информатизации, автоматизации, цифровой трансформации?

- Мы разобрались в этом вопросе еще на старте работ и создали, как мне кажется, одну из наиболее продвинутых систем управления цифровой трансформацией. Я так говорю, не потому, что сам так решил, а потому, что эта система получила высокую оценку в рейтинге Минцифры России по результатам обследования пилотной группы компаний.

Мы организовали комитет по цифровой трансформации "Почты", который возглавил лично генеральный директор. Еженедельно он проводит заседания, на которых обсуждает как конкретные проекты, так и концепции и стратегии, по которым требуется не только обсуждение, но принятие решений на высоком уровне. С середины прошлого года у нас прошло 45 часов таких встреч очно и еще 30 - заочно. На заседаниях мы собрали всю цифровую повестку компании и разбили на несколько категорий: инфраструктурные проекты, цифровые проекты, цифровые продукты и сервисы.

В инфраструктурные проекты входит связь, все техническое обеспечение, электронно-вычислительные средства, вся информационная инфраструктура офисов и почтовых отделений. Цифровые проекты направлены на внутреннюю эффективность - это продвинутая автоматизация закупок, внутреннего электронного документооборота и других бэк-офисных функций компании. Наконец третья категория - цифровые продукты и сервисы, то, что должно зарабатывать. Там есть две градации - оцифровка текущих физических продуктов с планами вывода их на цифровой фронт и принципиально новые решения, которых у "Почты России" пока нет.

При этом создавать цифровые продукты и сервисы у нас можно в режиме эксперимента, когда команда наших разработчиков заявляет амбиции и получает на три-четыре месяца небольшое внутреннее финансирование. Если ребята быстро протестируют гипотезу и докажут эффективность своей бизнес-модели, дальше они уже могут претендовать на полномасштабное развертывание цифрового продукта. В прошлом году у нас пять таких проектов получили одобрение, и один из них стал в полном смысле слова успешным. И это нормально, это зачатки новой цифровой культуры. По остальным мы продолжаем эксперименты в рамках корректировки гипотез.

Так что, отвечая на ваш вопрос, - мы считаем цифровой повесткой все, что связано с внедрением электронно-вычислительной техники, разработкой ПО, автоматизацией бэк-офиса и конечными цифровыми услугами. В 2020 году мы впервые собрали все эти проекты в единый бюджетный блок - бюджет цифрового развития компании. Теперь мы можем прозрачно контролировать расходы как на инфраструктурные сделки по закупке контрольно-кассовой техники, так и на реализацию небольших продуктовых экспериментов. При этом мы четко делим проекты по категориям, предъявляя к ним разные требования, в том числе по обоснованию затрат, планированию и отчетности.

Вечная проблема внутреннего венчурного финансирования в компаниях заключается в том, что проваленный проект считается пятном на биографии менеджера. При этом известно, что в случае с венчурным капиталом обычно взлетает лишь один из десяти проектов. Как эта дилемма решается у вас? Есть ли право на ошибку в "Почте России"?

- Мы не в школе, здесь ошибок не бывает - есть только опыт. Мы пробуем новое, узнаем, как устроены интересные для нас явления. Мы бы не стали браться за проект, если бы он был нам неинтересен. И эксперимент позволяет разобрать по косточкам интересное нам решение и понять, что работает, а что нет, почему так происходит и т.д. Эта история не про оценки, хотя у нее есть четкие лимиты и по ресурсам, и по времени.

Но взлетел проект или нет - это довольно четкая градация.

- Конечно, мы обязательно определяем, "взлетел" ли проект и куда он "взлетел", используя для этого специальные метрики. Я как руководитель офиса цифровой трансформации компании четко фиксирую и отмечаю, что не получилось, что надо пересмотреть, даже если руководители проектов не хотят признавать ошибки и неудачи. Но мы не используем страх в качестве мотиватора. Ошибки в этой работе - это нормально. Не ошибается тот, кто ничего не делает, а мы хотим делать много и качественно. И ничего, что мы ошибаемся: у нас есть лимиты и механизмы контроля ситуации.

Когда мы принимаем решение об эксперименте, мы понимаем, что не все деньги будут потрачены со стопроцентной эффективностью. Но если вовремя признавать свои ошибки, можно продолжать работать и корректировать гипотезы. Так что "культуры страха" у нас сейчас не существует.

Следующий вопрос важен, учитывая, что "Почта" привлекает к работе не только своих разработчиков, но и внешних. С 2021 года Минцифры предложило отменить субсидии предприятиям, которые разрабатывают продукты с использованием сквозных цифровых технологий. Как вы оцениваете эту историю с позиции разработки и можно ли говорить, что она как-то отразится на "Почте" и разработчиках, с которыми вы сотрудничаете?

- Это никак не отразится на нашей внутренней разработке, потому что мы, как правило, не привлекаем на нее государственную поддержку. Это могут быть заемные средства, но прямые субсидии, бюджетное финансирование - такого у нас в планах нет.

Если вы спросите мое экспертное мнение - а я долгое время работал и в сфере науки и инноваций, и в администрации президента РФ, и в аппарате правительства, и в Аналитическом центре при правительстве РФ, - то я понял одну простую вещь. В России, к сожалению, не работают прямые меры поддержки разработчиков, научных команд, стартапов и т.д. Но зато эффективно показали себя меры стимулирования спроса, когда государство дает средства заказчику, чтобы он сформировал якорный или стартовый заказ и отправил его отечественному разработчику. Финансирование не уйдет впустую, потому что будет спрос, и он займет свое место в ландшафте цифровой трансформации конкретного предприятия. Так мы сразу создаем референс на внедрение, который в дальнейшем сильно поможет разработчику в распространении своего продукта и продвижении его на рынке.

Поэтому если мы говорим о поддержке, будь то прямые или косвенные субсидиарные меры, эффективнее искать и настраивать связки, взаимодействие "заказчик-разработчик". Вот это эффективно. Поэтому, на мой взгляд, Минцифры приняло правильное решение, и если оно направит весь ресурс на выстраивание правильных коопераций, стимулирование спроса и связок заказчиков с подрядчиками, это будет гораздо эффективнее для отрасли.

Кроме того, если мы говорим о поддержке разработчиков, то правительство предложило, а парламент и президент утвердили в прошлом году системные меры по налоговому маневру в ИТ. Это единственно правильный путь для развития отрасли, намного более эффективный, чем субсидии и гранты, которые, как правило, воспитывают не чемпионов, а профессиональных просителей.

Какие еще проекты "Почты" в 2020 году получили поддержку государства в рамках программы "Цифровая экономика"?

- Помимо льготных кредитов, мы инициировали много интересных проектов, которые получили государственную поддержку. Расскажу о нескольких, потому что считаю, что они значимы не только для "Почты", но и для наших подрядчиков и отрасли ИТ в целом. Надеюсь, они даже установят некие отраслевые стандарты.

Например, пользуясь льготным лизингом цифровых решений по программе "Цифровая экономика", через оператора - ПАО "ГТЛК" - мы в прошлом году взяли в лизинг отечественное серверное оборудование и СХД на сумму 2,7 млрд рублей. Это передовое российское оборудование, которое только в 2020 году включили в реестр Минпромторга России.

Сама сделка уникальна: мы первая государственная компания, которая сделала осознанный выбор в пользу российского оборудования в самом сложном и высокотехнологичном сегменте - серверов и СХД. И конечно, это стало возможно только благодаря поддержке правительства России при открытой последовательной позиции руководства "Почты". В рамках сделки новейшего российского оборудования в 2021 году только в "Почту" будет поставлено в четыре раза больше, чем продано до нас вообще - это колоссальный буст для отрасли российской радиоэлектроники.

Второй проект, о котором хочу рассказать, получил грант Российского фонда развития информационных технологий (РФРИТ) и направлен на развитие интеллектуальной системы мониторинга транспорта "Почты России". Логистическая сеть "Почты", ее качество и эффективность определяют конкурентоспособность нашего бизнеса на следующие 10 лет. Наш парк автотранспорта насчитывает до 17 тысяч машин. Внедрение онлайн-мониторинга и интеллектуальной рекомендательной платформы позволит существенно повысить скорость и качество доставки, сэкономить на ремонтах и обслуживании транспорта, увеличить его загрузку и эффективность планирования маршрутов.

Всего мы хотим потратить на проект 546 млн рублей, из них 140 млн - это грант. Подчеркиваю: более 74% финансирования - собственные средства предприятия. Мы планируем оснастить машины оборудованием, чтобы собирать данные, и на их базе строить флагманскую систему управления автопарком. В ней в режиме онлайн будет доступна как примитивная информация по пробегам и уровню топлива, так и более интеллектуальные решения - например, рекомендации по ТО, управлению запасами запчастей, интеллектуальная маршрутизация, ассистенты, даже анализ стиля вождения и рейтинг водителей. Сейчас на рынке таких решений нет, а в рамках нашего проекта они появятся уже через год.

Кроме того, я вижу другой важный эффект проекта. Когда мы оснастим свой транспортный парк датчиками и выведем все на платформу, мы еще и сможем достаточно точно и достоверно собирать информацию о качестве дорог в стране, дорожной ситуации. Ведь наши машины объезжают практически все дороги, в том числе регионального значения - по долгу нашей службы мы бываем там, куда не ездит ни один коммерсант. Уверен: такие данные будут полезны и правительству, и регионам. Есть и гуманитарная задача: мы надеемся, что внедрение позволит на 70% снизить количество ДТП с участием транспорта "Почты" на дорогах страны.