Закрыть и перейти на сайт ComNews.RU
Новости Редколонка Точка зрения

Пт, 19.04.2019

Полная версия сайта   

 Поиск
USD 64.07 EUR 72.24
19 апреля 2019 года, Пт
Наталья Коваленко, партнер и руководитель телекоммуникационной группы "Пепеляев Групп"

Цифровая реальность

Наталья Коваленко,
партнер и руководитель телекоммуникационной группы "Пепеляев Групп"
08.04.2019
Наталья Коваленко, партнер и руководитель телекоммуникационной группы "Пепеляев Групп"
Наталья Коваленко, партнер и руководитель телекоммуникационной группы "Пепеляев Групп"

В России появилось базовое правовое регулирование цифрового рынка: 18 марта 2019 года был принят так называемый закон о цифровых правах (№34‑ФЗ "О внесении изменений в части первую, вторую и статью 1124‑ю части третьей Гражданского кодекса РФ").

Напомним, что президент РФ Владимир Путин в послании Федеральному собранию назвал развитие цифровой экономики приоритетом, поручив уже в весеннюю сессию принять необходимые законы.

Пакет законопроектов, регулирующих цифровую среду, – ​а именно, законопроект о цифровых правах, законопроект о цифровых финансовых активах (о криптовалюте и токенах) и законопроект о привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ (о краудфандинге) – ​был внесен в Государственную думу еще в марте 2018 года, и 22 мая того же года все три законопроекта были приняты в первом чтении. Однако после многочисленных публичных обсуждений и внутриведомственных согласований пока на финишную прямую вышел только один. Новый закон о цифровых правах вступит в силу с 1 октября 2019 года.

Цифровыми правами признаются названные в законе обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам и требованиям. Например, такой системой может быть blockchain. Общее понятие и базовые требования к информационным системам закреплены федеральным законом от 27.07.2006 №149‑ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации".

Осуществление, распоряжение, в том числе передача, залог, обременение цифрового права другими способами или ограничение распоряжения цифровым правом возможны только в информационной системе без обращения к третьему лицу. Таким образом, оборотоспособность цифровых прав ограничена информационной системой, которая по сути создает содержание и условия их реализации.

Важна и поправка о том, при каких условиях письменная форма сделки считается соблюденной: в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки; при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю.

Также дополнена норма о письменной форме договора: договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами о соблюдении письменной формы сделки. При этом условиями сделки может быть предусмотрено, что стороны должны исполнить возникающие из нее обязательства при наступлении определенных обстоятельств даже без направленного на исполнение обязательств отдельного дополнительного волеизъявления сторон, выраженного через информационные технологии, определенные условиями сделки.

Изначально планировалось (что следует из текста законопроекта, подготовленного к первому чтению) включить в гражданское законодательство не только понятие "цифровые права", но и понятие "цифровые деньги". Под последними предлагалось понимать совокупность электронных данных, не удостоверяющую право на какой-либо объект гражданских прав, созданную в децентрализованной информационной системе и используемую пользователями системы для осуществления платежей.

Понятие цифровых денег из текста законопроекта исключено, а вот в законопроекте о цифровых финансовых активах в качестве аналога цифровых денег предложено рассмотреть понятие "цифровые финансовые активы". Они определены как имущество в электронной форме, созданное с использованием криптографических средств, не являющееся законным средством платежа на территории РФ. К таким активам отнесены криптовалюта и токен. Следует отметить, что правоприменительная практика в отсутствие правового регулирования цифровых прав и цифровых денег по сути признала криптовалюту и токен имуществом.

Так, девятый арбитражный апелляционный суд (9ААС) в постановлении от 15.05.2018 №09АП-16416/2018 квалифицировал криптовалюту как "иное имущество" в понимании статьи №128 Гражданского кодекса РФ и посчитал правомерным его включение в конкурсную массу по делу о банкротстве.

Согласно постановлению пленума Верховного суда РФ от 26.02.2019 №1, предметом преступлений, предусмотренных статьями №174 и №174.1 УК РФ (легализация/отмывание денежных средств), могут выступать в том числе денежные средства, преобразованные из виртуальных активов (криптовалюты), приобретенных в результате совершения преступления. Минфин РФ и Федеральная налоговая служба России также предлагают облагать налогами (НДФЛ и налогом на прибыль) доходы, полученные физическими/юридическими лицами от операций (по купле-продаже, обмену, майнингу) с криптовалютой (это предложение зафиксировано, например, в письмах Минфина РФ от 28.08.2018 №03‑03‑06/1/61152, от 16.08.2018 №03‑03‑06/1/58171, от 14.06.2018 №03‑03‑06/1/40729, от 21.05.2018 №03‑04‑05/34004, в письме ФНС РФ от 04.06.2018 №БС-4‑11/10685@).

Поэтому уже можно говорить о начале формирования в России правового поля для развития цифровой экономики и легализации инструментария цифровой среды.

Точка зрения

При использовании материалов ссылка на ComNews обязательна.

Свидетельство о регистрации СМИ от 8 декабря 2006 г.
Эл № ФC 77-26395

РекламаПисьмо в редакциюО насAbout us
Новости